Вдали от Патриков, в сердце северной столицы, Валентина пытается обрести новый смысл жизни. Её отъезд был стремительным и решительным, продиктованным глубоким разочарованием и болью от поступка генерала Хадякова. Петербург с его белыми ночами, разводными мостами и многовековой аурой творчества стал для неё не просто географической точкой, а убежищем для раненой души, жаждущей исцеления через прекрасное. Она погружается в мир музыки, надеясь, что стройность мелодий и глубина классических произведений помогут навести порядок в её собственных чувствах, превратив хаос обиды и горечи во что-то возвышенное и гармоничное. Город, видевший столько страстей и драм, молчаливо принимает её, становясь одновременно и декорацией, и соучастником её личного возрождения. Каждый концерт, каждое выступление – это шаг вперёд, попытка не просто завоевать новую публику, но и заново отстроить себя, найти ту Валентину, которая существовала до всей этой истории с генералом, или создать совершенно новую, более сильную и независимую. Тем временем генерал Хадяков, оставшись один на один с последствиями своей роковой ошибки, выбирает иной путь преодоления кризиса. Он с головой уходит в работу, превратив свою жизнь в бесконечную череду командировок, заводских цехов, перелётов на частном самолёте и номеров в безликих гостиницах. Физическое движение по стране становится для него метафорой бегства от самого себя, от тишины, в которой слишком громко звучит эхо ссоры и грохот захлопнувшейся двери. Его окружение, привыкшее к определённым нравам, постоянно испытывает его на прочность, предлагая лёгкие пути забвения в виде алкоголя и мимолётных связей. Однако генерал дал себе твёрдое обещание, внутренний обет, который стал его главным и, возможно, единственным ориентиром в этом хаосе – не вступать ни в какие новые отношения. Эта аскеза, это добровольное отречение, является для него своеобразной епитимьей, попыткой доказать самому себе, что его чувства были и остаются серьёзными, а ошибка не перечёркивает всего, что было. Его странствия – это молчаливая, полная лишений дорога обратно, хотя сама возможность возврата кажется почти призрачной под неумолимым запретом Валентины не приближаться на пушечный выстрел. Таким образом, их жизни, разведённые пространством, продолжают параллельное существование: она творит новую реальность среди музыки и дворцов Петербурга, а он искупает вину в бесконечных деловых скитаниях, оба неся свой крест и по-разному ища выход из тупика, в который их завела общая боль.